Эффектная блондинка тридцати пяти лет, высокая, стройная, с женственной фигурой, длинными ногами и безупречной осанкой. В каждом её движении чувствуется уверенность женщины, привыкшей держать ситуацию под контролем. Очень бережет свои руки.

У неё красивое лицо с выразительными скулами, аккуратным прямым носом и чувственными, но не слишком пухлыми губами. Кожа гладкая, ухоженная, тёплого персикового оттенка, с лёгким естественным румянцем.
Особенно выделяются глаза — очень светлые, серебристо-серые, с отчётливой тёмно-серой каймой вокруг радужки. Взгляд внимательный, слегка томный, с едва заметной насмешкой. Она редко улыбается широко, предпочитая лёгкую, почти неуловимую улыбку сомкнутых губ.
Густые светлые волосы с мягким золотистым оттенком обычно собраны в аккуратную гладкую причёску. На работе — строгий пучок, без лишних украшений. В свободное время позволяет себе более сложные укладки.

Одевается дорого, но сдержанно. В рабочее время предпочитает идеально скроенный белый медицинский халат с высоким воротником-стойкой, светло-серый хирургический костюм и удобную обувь. В повседневной жизни выбирает элегантные силуэты, качественные ткани и украшения, подчёркивающие её статус.

Она тщательно следит за собой, но её привлекательность не выглядит нарочитой. Это красота женщины, которая знает себе цену и не нуждается в постоянном подтверждении собственной привлекательности.
В общем, сучка еще та.

Голд из тех женщин, которые не повышают голос, чтобы заставить себя слушать. Достаточно одного взгляда и короткого: «Я ещё не закончила».

Уверенная, требовательная, язвительная и временами откровенно неприятная в общении. Она прекрасно знает себе цену и не считает нужным изображать скромность. Её репутация заработана не связями и красивой внешностью, а результатами, которых другие врачи добиться не смогли.

Скарлетт не ласковая и не терпеливая. Может резко оборвать пациента, который мешает собственному лечению, и совершенно спокойно поставить на место влиятельного богача. Но за её жёсткостью нет равнодушия. Напротив, к чужой боли она относится серьёзнее, чем к чужим чувствам.

Её раздражают истерики, высокомерие, некомпетентность и попытки купить особое отношение. Деньги могут обеспечить место в её расписании, но не право командовать ею в операционной. Она плохо переносит потерю контроля, редко просит о помощи и почти никогда не извиняется первой. Умеет быть обаятельной, когда ей это выгодно, но близко подпускает немногих.
Её можно задеть сомнением в квалификации, но почти невозможно — критикой внешности или характера. Оса знает, что красива. И знает, что может быть невыносима.

При этом она не безупречна. Тщеславна, любит роскошь, привыкла к комфорту и очень болезненно воспринимает профессиональные неудачи. Ей трудно признать собственную беспомощность. Особенно когда пациент погибает не потому, что его нельзя было спасти, а потому, что необходимые ресурсы ему не положены.
Голд не революционерка и не борец за всеобщее равенство. Скарлетт слишком хорошо живёт, чтобы притворяться, будто статус, деньги и связи ничего не значат. Она принимает правила этого мира: лучшие медицинские технологии доступны прежде всего тем, кто обладает соответствующим статусом и допуском. Но её профессиональная гордость иногда вступает в противоречие с этими правилами. Но Оса не станет демонстративно бросаться спасать каждого обездоленного. Скорее, использует личные знакомства, репутацию и собственное влияние, чтобы добиться разрешения на лечение того, кого считает перспективным пациентом.

Самое неприятное для неё — необходимость признать, что существуют ситуации, в которых даже её талант ничего не решает.

Она родилась в семье обеспеченных специалистов Дельта-Парадайза. Родители не принадлежали к высшей элите, однако занимали достаточно высокое положение, чтобы обеспечить дочери комфортное детство и качественное образование первых пяти лет жизни.
В пять лет Скарлетт успешно прошла обязательный Тест на Потенциал. Высокие показатели открыли ей дорогу к углублённому обучению, а впоследствии — к медицинской специализации.
С ранних лет Голд отличалась упрямством, острым умом и совершенно невыносимым стремлением быть первой. Проигрывать не умела, уступать не любила, а чужой авторитет признавала лишь в том случае, если за ним стояли реальные достижения.

Медицину она выбрала не из желания помогать людям. По крайней мере, не это стало определяющим. Её завораживала сама возможность восстановить то, что казалось безвозвратно утраченным: повреждённые ткани, разрушенные нервные связи, конечности, способность двигаться и чувствовать.
Ей нравились задачи, перед которыми другие останавливались.

Годы обучения сделали её дисциплинированной, но ничуть не более покладистой. Голд быстро усваивала материал, безжалостно относилась к собственным ошибкам и не стеснялась указывать на чужие. Преподаватели отмечали исключительные способности девушки, хотя некоторые откровенно сомневались, что с таким характером она сумеет работать в коллективе. Да и вообще жить в этом мире.

Сумела.
Она просто научилась быть незаменимой.

Первые годы практики прошли в одном из крупных медицинских комплексов Дельты. Там она столкнулась с тем, о чём в учебных аудиториях говорили исключительно сухим языком протоколов: возможности современной медицины и доступность лечения — совершенно разные вещи.
Пациента можно было восстановить. Технологии существовали. Специалисты имелись. Но иногда этого оказывалось недостаточно. Решение зависело от допуска, финансового положения и целесообразности расходования ресурсов.
Поначалу Скарлетт воспринимала подобные ограничения как неизбежную часть устройства Квантума. Её задачей было лечить, а не обсуждать решения Системы.
Переломным стал случай с рабочим, доставленным после тяжёлой производственной аварии. Мужчина получил множественные повреждения, однако сохранял хорошие шансы на восстановление. Она подготовила план операций, рассчитала необходимые ресурсы и была уверена, что сможет вернуть его к полноценной жизни. Но... в расширенном лечении отказали. Согласно оценке, затраты на восстановление превышали предполагаемую дальнейшую полезность пациента. Голд пыталась оспорить решение, используя все доступные служебные процедуры. Безрезультатно.
Мужчину перевели на базовое лечение. Его дальнейшая судьба ей неизвестна.

Этот случай не сделал её противницей Системы. Но окончательно лишил иллюзии, что профессиональная правота обязательно имеет значение.
После этого она сосредоточилась на карьере с почти болезненной целеустремлённостью.

К тридцати годам за её плечами были десятки сложнейших операций, несколько разработанных методик восстановления и репутация специалиста, способного браться за случаи, от которых отказывались другие. И ее перевели в Альфа-Парадайз.

Постепенно среди её пациентов появились состоятельные граждане и представители корпораций. Это потребовало тесного сотрудничества с Патчерами и специалистами по синтетическим системам, что позволило ей расширить профессиональные возможности. Она никогда не скрывала, что её услуги стоят дорого.

Сегодня, в тридцать четыре, Голд занимает престижную должность в элитном медицинском комплексе Альфа-Парадайза.
Она живёт в комфортабельных апартаментах, тщательно следит за внешностью, предпочитает дорогие вещи и не испытывает угрызений совести по поводу собственного благополучия.

В операционной она совершенно другой человек. Никаких любезностей, ненужных разговоров и снисхождения к чужим ошибкам. Она требует абсолютной точности от каждого члена команды и прежде всего — от себя.

За пределами работы она любит хорошие рестораны, красивые интерьеры, качественную одежду и общество людей, способных поддержать интересную беседу. Не переносит навязчивости, дешёвого бахвальства и попыток произвести впечатление одним лишь высоким положением или деньгами.

К ИРИ относится без предубеждения, но и без подобострастия. Признаёт их положение в обществе, уважает компетентность и терпеть не может, когда их статус используют как оправдание человеческой глупости.

Оса не считает себя хорошим человеком. И уж точно не собирается никого спасать исключительно ради благодарности. Однако иногда в её расписании появляются пациенты, чьё лечение не сулит ни денег, ни карьерных преимуществ. В официальных документах такие случаи проходят как исследовательская практика, проверка новых методов или исключения, обоснованные профессиональной необходимостью. Она предпочитает не обсуждать их.

В конце концов, у неё есть репутация, которую нужно поддерживать.
И слишком многое, что можно потерять.

«Атлант-L5»: модификация пояснично-крестцового отдела позвоночника, разработанная именно для хирургов, которые проводят по 8–12 часов у операционного стола.